В отнощениях Робинзоно Крузо и пятницы особенно ярко проявляется...Прошу помогите это очень срочно у меня вопрос такой в к.р по литературе.
Прошу помогите

Прожив четверть века в одиночестве, на необитаемом острове, Робинзон спасает от людоедов их молодого пленника и дает ему имя Пятницы. Их отношения сразу же складываются, как отношения хозяина и слуги. Робинзон давно уже мечтал приобрести слугу. Все двадцать пять лет одиночества, тоска по людям не изменили ничего в мировосприятии Робинзона: ему не столько нужно разумное существо, сколько помощник в хозяйстве. Первое слово, которому Робинзон учит Пятницу, — «господин».

Он должен усвоить это английское слово раньше названий самых необходимых предметов. Робинзон и не пытается узнать настоящего имени дикаря: он для него «Пятница», поскольку освобожден от каннибалов и «приобретен» Робинзоном именно в этот день.

Но «Робинзон» Дефо, наверное, не стал бы настольной книгой для юношества в течение двух с половиной столетий, если бы автор ограничился в ней изображением эгоистичного и расчетливого буржуа. Для буржуазного просветителя Дефо — Робинзон идеальный человек. И он стремится привнести в этот образ как можно более привлекательных человеческих качеств. Жестокие колонизаторы, истребляющие туземные племена, алчные накопители, готовые наживаться на человеческой крови, глубоко противны Дефо, я его Робинзон не похож на них. Дефо пытается воплотить в нем идеал для своего класса, который был в эпоху Просвещения еще прогрессивным; но в сущности, этот идеал недостижим и для прогрессивной буржуазии той эпохи, ибо он несет в себе мечту о гармоническом человеке и гимн физическому труду — то, что становилось чуждым буржуазии XVIII в.

Робинзон храбр и великодушен: он рискует своей жизнью для спасения неизвестных ему людей — Пятницы, его отца, капитана корабля. Он добрый хозяин. Его взаимоотношения с Пятницей, их беседы перерастают в настоящую дружбу, Робинзон начинает ценить природный ум и благородство Пятницы, ценить в нем товарища, а не слугу. Какой урок дал Дефо британским колонизаторам и работорговцам, рисуя обаятельный образ Пятницы и эту дружбу между добродетельным английским купцом и темнокожим аборигеном!

Сама религиозность Робинзона весьма относительна, чужда фанатизма.

Под внешним пуританским благочестием Робинзона и его автора таится очень здоровое, восприятие мира, а порой и насмешливое отношение к религии. Дефо не упускает случая столкнуть пуританские рассуждения Робинзона с его же практицизмом или просто трезвым взглядом на мир. Еще в начале своего пребывания на острове Робинзон видит недалеко от своего жилья колосья ячменя и риса. При богатейших тропических урожаях они скоро должны обеспечить его хлебом, в котором он так нуждается. И Робинзон падает на колени, воссылая страстные благодарственные молитвы за ниспосланное чудо. Но тут же он вспоминает, что сам вытряхнул на этом месте пустой мешочек из-под птичьего корма. «Чудо исчезло, а вместе с открытием, что все это самая естественная вещь, значительно остыла, должен признаться, и моя благодарность промыслу». Так мог написать только просветитель, предшественник Дидро и Вольтера.

В другой раз, на восемнадцатом году пребывания на острове, Робинзон неожиданно видит на песке след босой человеческой ноги. С оттенком насмешки Дефо пишет о том, как его герою приходит в голову чисто пуританская мысль: это, по-видимому, след ноги дьявола, который явился на остров, чтобы искушать Робинзона. Но, еще не продумав эту гипотезу, Робинзон уже мчится в свою пещеру и начинает ее укрепляет, против возможного нападения: ему ясно, что на острове появились дикари.

Интересны споры Робинзона и Пятницы о религии, в которых «естественный человек», Пятница, без труда опровергает богословские доводы Робинзона, взявшегося обращать его в христианство, и подвергает сомнению существование дьявола. Пятница не может понять, зачем добрый и всемогущий бог терпит дьявола. Так Дефо (устами Пятницы) критикует одну из главных доктрин пуританства и находит самое уязвимое место любой религии — вопрос о существовании зла.

Сам Робинзон, узнав от Пятницы о проделках туземных жрецов, сопоставляет их с католическим (а если разобраться, и с англиканским) духовенством и говорит, что обман практикуется жрецами всех религий без исключения.